Акузатив в сербском: винительный падеж с таблицей и примерами

Правило коротко

Акузатив — прямое дополнение: ‘хочу что?’, ‘вижу кого?’. Женский род меняет «-а» на «-у»: «кафа» → «кафу». Средний не меняется: «море». Мужской неживой тоже остаётся как в словаре («кључ»), а живой прибавляет «-а»: «брат» → «брата». После «у» и «на» акузатив отвечает на вопрос ‘куда?’: «идем у град».

Главная ловушка — кофе. По-русски ‘кофе’ не склоняется, и рука сама пишет «хоћу кафа». Но сербская «кафа» — обычное слово женского рода, и в заказе она становится «кафу»: «хоћу кафу», «још једну кафу, молим». Тем же путём идут «лимунада» → «лимунаду» и «кеса» → «кесу»: всё, что просишь, — в акузативе.

Вторая ловушка — конструкции, где в русском винительного нет. ‘У меня есть ключ’ — «имам кључ»: никакого ‘у меня’, просто ‘имею’ и акузатив. ‘У меня температура’ — «имам температуру». ‘У меня болит голова’ — «боли ме глава», где «ме» — винительный: болит кого? меня.

Предлоги. «У» и «на» дают акузатив, когда есть движение: «идем у кафић», «идем на пијацу». Без движения, на вопрос ‘где?’, — уже локатив: «у кафићу сам», «на пијаци сам». Акузатив стоит и после «за» — даже там, где по-русски ‘от’ или ‘на’: «таблете за главобољу» — таблетки от головной боли, «рецепт за таблете» — рецепт на таблетки. И после «на» в «имам алергију на полен»: здесь «на» не про место, а просто требует акузатива, как русское ‘аллергия на’.

Живое или неживое — важно только в мужском роде. «Брат», «лекар», «човек» получают «-а», как в русском: ‘вижу брата’, ‘зову врача’ — «видим брата», «зовем лекара». Неживые — «кључ», «аутобус», «сок» — остаются как в словаре: «чекам аутобус», «пијем сок». Здесь русское чутьё почти не подводит: если по-русски окончание мужского рода меняется, в сербском обычно тоже.